44,39 КБАндрей Ильин

АВТОРСКОЕ МЫШЛЕНИЕ:
ОЖИДАЕМЫЙ РЕНЕССАНС?

ИНТЕРВЬЮ С ГЛАВНЫМ АРХИТЕКТОРОМ ГОРОДА

Так стеклось, что встреча с Александром Павловичем Викторовым состоялась буквально на другой вечер после Международного дня архитектора. Председатель КГА тут же посетовал, что это событие оказалось не слишком замеченным в городе: «Про День строителя знают все и оповещены задолго, а о нашем профессиональном празднике если и вспоминают, то, как обычно, потом». Возможно, поэтому после запоздалых поздравлений редакции, разговор с главным архитектором Санкт-Петербурга отклонился от заранее набросанного «вопросника». Начали мы с обсуждения некоторых, но все же глобальных проблем проектной отрасли, а затем уже перешли к подведению предварительных итогов завершающегося архитектурного сезона.


А. Викторов:
– Увы, и в идеологии, и в организации отечественного строительства продолжает господствовать «прорабский» способ мышления. В лучшие времена именно архитектор отвечал за весь процесс – от начала и до конца, сейчас же у нас слишком многое происходит помимо воли и желания автора. К сожалению, все еще нередки примеры, когда неудачное воплощение способно в корне погубить даже самую интересную проектную идею. В этой связи, на мой взгляд, показателен случай с 3-й сценой Мариинского театра. Генеральный подряд на реконструкцию сгоревшего здания выиграла компания, которая до этого момента не имела особого опыта в работах такого масштаба и сложности. Сегодня достаточно взглянуть хотя бы на здешнее фойе, чтобы понять: реализация вышла слишком далекой от задуманного Ксавье Фабром. Интерьеры заводского клуба где-нибудь в Зауралье могут дать достойную фору новой концертной площадке Северной столицы. Это только одно из замечаний, причем, как выясняется, адресовать его проектировщикам вряд ли справедливо. На завершающей стадии строительства они попросту оказались исключены из процесса. Да, в случае с 3-ей сценой и Маринка, и город заполучили зал с акустикой, которая, по оценкам специалистов, вправе считаться лучшей в мире. Причем это произошло лишь благодаря тому, что к данному вопросу упомянутая подрядная организация не имела прямого отношения. Зато все остальное не выдерживает никакой критики, и по-хорошему многое из сделанного нужно менять, а значит искать на это деньги и т.д.
44,39 КБ Подобное случается вследствие того, что архитектор на стройке до сих пор пребывает в качестве некоей «подсобной силы». Хотя, будучи автором, именно он наиболее заинтересован в конечном результате, должен отвечать за него и быть наделен всеми соответствующими полномочиями. Так было принято и у нас до семнадцатого года, а в остальном цивилизованном мире считалось «в порядке вещей» во все времена. Посмотрите, когда мы называем тот или иной памятник архитектуры, то обязательно в сочетании с именем зодчего: говорим, мол, это здание построил Растрелли или, скажем, Чевакинский. Сейчас у людей на слуху, главным образом, названия строительных фирм, в лучшем случае – инвестиционных. Ни против тех, ни других ничего не имею в принципе – каждый делает свою работу – и как в любом деле здесь могут встречаться и халтурщики, и очень достойные исполнители. Однако весь груз финальной ответственности лежит на создателе проекта.
Возможно, в этом направлении что-то вскоре тоже начнет меняться. Начинают звучать, словно возникая из небытия, фамилии некоторых архитекторов, работавших, например, в последние десятилетия советской эпохи и умевших в условиях серийного строительства сочинить по-настоящему авторские вещи. Одновременно происходят позитивные метаморфозы и в представлении девелоперов о современной роли зодчего, которые, как ни странно, в основном предопределяются рыночными отношениями. В последнее время прямо в этом кабинете нередко случается, что представитель какой-либо бизнес-структуры, объясняя намерение привлечь западного архитектора, приводит в доказательство своей затеи абсолютно прозрачный аргумент: ему под «громкое имя» легче получить кредиты и прочие преференции. Вопрос не только в деньгах, но и в имиджевой составляющей, необходимость которой у нас понимают все отчетливее. Обратите внимание, теперь, чтобы квартиры в каком-либо жилом комплексе начали активно продаваться, инвестору уже недостаточно просто качественно реализовать некий проект, надо еще и красиво его назвать. К слову, никто из «великих» пока особенно не покушается на наше жилищное строительство. Однако поверьте, стоит кому-то из архитектурных звезд попытаться проникнуть на эту нишу, построенные под их брендом объекты будут окупаться гораздо эффективнее, и девелопер, следуя в свою очередь законам рынка, обязательно поставит на первое место фамилию автора, на второе – название комплекса, у же дальше расположит все прочие реквизиты и показатели.
Сказанное не значит, будто бы россияне по своему таланту и профессионализму сколько-нибудь существенно уступают западным коллегам. Они менее, как сейчас говорят, «раскручены», а также в силу не самой лучшей традиции, доставшейся нам от советского периода, обычно не слишком озабочены внешней стороной дела, формой публичной подачи собственных разработок и т.п. Как иллюстрация этому вспоминается один эпизод из поездки в Париж с коллегой Юрием Митюревым. В надежде пополнить свои библиотеки литературой на архитектурную тематику мы, пусть, и не сразу, но все-таки обнаружили совсем недалеко от гостиницы небольшую книжную лавку такой специализации. Нашему не особенно искушенному взору предстали целые стеллажи с подборками книг – фолиантов, альбомов, брошюр, буклетов, объединенных именами «Норман Фостер», «Рикардо Бофил» и т.д. У нас на полках магазинов если и появляется что-то подобное, то чаще всего как мемориальные издания. Практикующие сегодня русские архитекторы не слишком щедры не только в этом отношении, но и на освещение своей деятельности в периодике.
Возьмем другой случай. Когда проводился конкурс на лучшую концепцию строительства нового футбольного стадиона на Крестовском острове, каждая из представленных работ была по-своему интересной. В то же самое время, убежден, что Кисе Курокава выиграл тендер не только благодаря особой оригинальности замысла, но и умению его преподнести, завоевать публичные симпатии аудитории. У него получилось настоящее архитектурное «шоу» в хорошем смысле этого слова. В данном отношении россиянам есть много чему поучиться у знаменитого японца – аналогичные презентации стадиона, и московские, и петербургские, при всех неоспоримых достоинствах идей больше напоминали иллюстрированные пояснительные записки к предпроектным предложениям. Появляются, впрочем, и у нас примеры, когда автор, действительно, способен умело воздействовать на публику. Послушайте, к примеру, Никиту Явейна и посмотрите визуализации его проектов на заседаниях Градсовета. То же самое справедливо и по отношению к Сергею Чобану (видимо, сказывается его солидный опыт работы за рубежом), Евгению Герасимову и ряду других петербургских архитекторов.
44,39 КБ Многие из моих коллег сегодня с успехом доказывают свою конкурентоспособность. К тому же, они глубже и предметнее, нежели иностранцы, знакомы с реалиями российского строительного рынка и, в частности, его проектного сегмента. Отсюда тоже следует, что никакая дискриминация по отношению к соотечественникам принципиально недопустима. В этом смысле показателен пример с недавно объявленным конкурсом проектных идей по предстоящему строительству Невской ратуши – огромного общественно-делового комплекса, куда в перспективе переберется вся городская власть. С самой первой стадии к участию в нем мы постарались допустить только совместные творческие коллективы, объединяющие силы как зарубежных, так и петербургских архитекторов. Подход позволит избежать повторения памятных ситуаций из недалекого прошлого, когда знаменитости просто рисовали объект, а нашим приходилось его адаптировать. С другой стороны, это отчасти может служить гарантией, что «экспансия» иностранцев, закономерная в условиях открытости нынешнего общества и даже приветствуемая, не сумеет повредить петербургским градостроительным и архитектурным традициям. В дополнение к этому и механизмы регулирования высотности, и те же регламенты застройки ставят и нас, и проектировщиков в очень жесткие рамки. Сегодня в основном закончена работа по поправкам к действующему Генеральному плану развития Санкт-Петербурга. Ту часть изменений, в которых документ нуждался по нашему мнению, удалось обобщить примерно год назад. Затем был запущен механизм общественных слушаний, и, в результате, число замечаний, инициированных по преимуществу корпоративными интересами бизнеса, существенно увеличилось. В дальнейшем настала очередь работы комиссии по поправкам, которая собиралась шесть раз, не считая четырех согласительных комиссий. Теперь в течение ближайших недель все это необходимо собрать воедино, перенести в чертежи генплана, чтобы обеспечить Законодательному собранию возможность обсудить их пакетом, что и предписывается законом. Формат рассмотрения вселяет известный оптимизм – в противном случае процесс мог тянуться бесконечно. Тем более, что данная работа объективно нуждается в ускорении, поскольку многие архитекторы выполняют проекты уже с учетом предполагаемых поправок. Планируем передать всю документацию в ЗакС до конца года. Конечно, также нельзя дать «зависнуть» и Правилам застройки. Они опубликованы, прошли общественные слушания, при этом их дальнейшая судьба в новой редакции не так сильно отразится на градостроительном процессе. До принятия этого документа в Петербурге спокойно действуют Временные регламенты, которые мы выпускаем в среднем примерно за неделю, опираясь на материалы Проекта «Правил землепользования». С принятием измененной редакции Генерального плана следом уже на его основании придется менять Правила застройки.
Добавлю, что как надзорная инстанция КГА не имеет права попирать авторские права и образную суть замысла, даже если нам приносят откровенный кич или, скажем, не особенно осмысленные вариации исторических стилей. Тут каждому архитектору волей-неволей приходится поверять свои решения с официально узаконенными градостроительными нормативами. Насколько удачно и каким образом тот разберется в этих хитросплетениях, зависит уже от его мастерства.
44,39 КБ В ситуациях, когда дело касается продвижения проектов, которые отличаются серьезными масштабами, способны повлиять на облик, инфраструктуру города или ожидают реализации в особо ответственных зонах исторической застройки Санкт-Петербурга, в дело вступает еще один «фильтр» – Градостроительный совет. Перелистайте его протоколы, и станет понятно, насколько подчас эмоционально, жестко и непредвзято идет здесь обсуждение важнейших для Петербурга архитектурных разработок. Причем национально-государственная принадлежность автора не имеет здесь никакого значения. В текущем году был случай, когда одна иностранная команда рискнула показать градсовету свои предложения, выполненные, прямо скажем, слабо и нисколько не в петербургском духе – разговор с ними не занял и двадцати минут, дальше их попросили откланяться. Последние этапы деятельности этого коллегиального консультативного органа убедительно доказывают его необходимость и заметное повышение роли.
В целом уходящий архитектурный сезон можно отнести к числу успешных. Например, по числу конкурсов Санкт-Петербург еще более явно выделился на фоне остальных субъектов Федерации, включая Москву и остальные мегаполисы. Сегодня, в частности, мастерские готовят свои предложения по застройке Юнтолово и упомянутой раньше Невской ратуше. Закончен конкурс по Пулково, на днях будут озвучены итоги рассмотрения идей по Конгресс-центру в Стрельне. Вся эта работа проводится не как дань моде или из традиционной, чисто петербургской требовательности к архитектурным вопросам. Наиболее интересных результатов мы вправе ждать именно от творческого состязания. Наблюдается любопытная тенденция: заказчики все чаще сами выступают с инициативами конкурсного отбора, их даже не надо «провоцировать», остается только подобрать круг достойных участников.
Показательны в этом плане и итоги последнего смотра «Архитектон». Главный приз, доставшийся Михаилу Мамошину, был вручен ему очень заслуженно и оказался очень символичным. Собственно, и все работы, удостоившиеся позитивных оценок жюри, условно говоря, отражают срез архитектурного творчества в городе во всем его многообразии. Идеализировать никакой из представленных проектов, конечно же, не стоит, но прогресс очевиден как у мэтров, так и среди молодых авторов. Скажите, разве не интересное решение по сооружению церкви Рождества Пресвятой Богородицы в Курортном районе предложило (и, главное, обеспечило его успешную реализацию) Петербургское Архитектурное Товарищество?
Мы с Вами беседуем в тот момент, когда завершается подготовка к фестивалю «Зодчество-2007». Петербург за счет участия персональных мастерских и институтов традиционно завоевывал в Москве немало важных профессиональных наград. В этом же году наша экспозиция дополнительно будет представлена в региональной номинации: на едином стенде мы постараемся комплексно отразить свою градостроительную политику, проиллюстрировав ее наиболее заметными архитектурными достижениями. Не хочется забегать вперед, но, думается, что и как субъект Федерации город на Неве сумеет показать себя с лучшей стороны.

>> К СОДЕРЖАНИЮ >>